Ерэнсэ-сэсэн и хан


Жил в прежние времена человек по имени Ерэнсэ-сэсэн. Был он очень находчив и до того щедр, что всякого, кто бы ни зашел к нему, — старый ли, малый ли, — привечал и непременно угощал. И пошла о нем слава. Дошла молва о нем до хана.

— Как бы мне этого Ерэнсэ-сэсэна повидать? — говорит хан. — Больно уж его хвалят.

И решив повидать Ерэнсэ-сэсэна, сел хан на коня, отправился в путь. Едет он, едет и думает: «Когда я к нему приеду, он ведь спросит, кто я такой. Что я ему отвечу? Постой-ка, скажу, что я — друг его прапрадеда». Приготовив такой ответ, успокоился хан. Думает: «Коли я так, ему скажу, он окажет мне почести».

Вот доехал хан до ворот Ерэнсэ-сэсэна, и едва вошел во двор, как Ерэнсэ выбежал навстречу.

— Айдук, айдук! — говорит. — Милости прошу, заходи в дом.

Завел в дом, посадил на почетное место. Завязав беседу, спрашивает:

— Кто ты будешь?

— Я, — отвечает хан, — друг твоего прапрадеда.

«Врешь, плут, — думает Ерэнсэ-сэсэн. — Не мог ты знать моего прапрадеда, слишком для этого молод». Тут догадался он, кто его гость, пошел в другую половину и сказал жене:

— Ты никакой еды не подавай, а налей в суповую чашу чистой воды и принеси нам.

Налила жена полную чашу чистой воды и поставила перед ними.

— Ну, давай, дорогой гость, пообедаем, — говорит Ерэнсэ, зачерпнув ложкой воду. — Придвинься поближе, угощайся.

И сидит, хлебает воду. Хану тоже пришлось хлебать воду, но не выдержал хан, спрашивает:

— Это что же за еда?

— Что, спрашиваешь, за еда? Это — суп из прапразайчатины.

Таким вот образом ответил Ерэнсэ на хитрость хана. Уехал хан, несолоно хлебавши и думает, как бы отомстить. Думал, думал и надумал. «Постой-ка, — говорит сам себе, — поручу-ка ему одно дело. Не выполнит — голову отрублю». Заело его, значит, а раз он хан, то и голову отрубить в его власти.

Надумав так, вызвал хан Ерэнсэ-сэсэна. Ну, раз вызвал, приехал Ерэнсэ. Хан говорит ему:

— Вот даю тебе сорок баранов. Я к тебе приеду.— И называет день и час, когда приедет. — Сделай так, чтобы к моему приезду бараны объягнились, и стало их восемьдесят. Не сделаешь — голову тебе отрублю.

Ерэнсэ и так, и эдак прикинул, но ответа не нашел. Пришлось гнать баранов к себе. Пригнал их в свой двор, зашел домой, сидит, пригорюнившись. А жены в это время дома не было. Но вскоре пришла она и спрашивает:

— Ты что пригорюнился? О чем задумался?

— Да вот, — отвечает Ерэнсэ-сэсэн, — дал мне хан сорок баранов. «Сделай, — говорит, — так, чтобы они объягнились, и стало их к моему приезду восемьдесят, а не сделаешь голову отрублю». Вот об этом я и задумался.

— Хей, не горюй, не ломай голову из-за пустяка, — говорит жена и подает ему нож с точильным камнем. - На-ка, наточи нож.

Наточил Ерэнсэ нож.

— Иди, — говорит жена, — зарежь самого упитанного барана. Гостей позовем.

Ерэнсэ зарезал хорошего, самого упитанного барана, освежевал, разрубил мясо и, положив в котел вариться, позвал в гости соседей. Угостили хозяин с хозяйкой гостей на славу и проводили, дав каждомутрех-четырех, а то и пять или шесть баранов. Ни одного барана во дворе не осталось.

Ладно. Подошел срок, названный ханом. Ждут его. Жена говорит мужу:

— Ты сиди дома, я сама выйду навстречу. Когда подъедет — завопи дурным голосом.

— Будь, по-твоему, — отвечает Ерэнсэ.

Подъехал хан, не задержавшись ни на час, ни на минуту. Только подъехал — ворота распахнулись. Только повернул хан во двор — из дому послышался вопль.

— Это кто там вопит? — спрашивает хан.

— Ерэнсэ.

— С чего это он вопит?

— Он, мой хан, рожает - все никак не разродится.

— Так разве ж мужчины могут рожать?

— А бараны могут ягниться? — отвечает женщина.

— Ах, вот оно что! — сказал хан и отправился восвояси...

Но все еще не угомонился хан. Надо же как-то придраться и отрубить Ерэнсэ голову, зло сорвать. Вызвал он опять Ерэнсэ-еэсэна. Вызвал и спрашивает:

— Ну-ка, Ерэнсэ, скажи, где в июне месяце мух нет.

Должно быть, допекли его мухи, хочет построить дом в таком месте, где они не будут надоедать.

— Где нет людей, там и мух нет, — отвечает Ерэнсэ.

— А где людей нет?

— Во-он на той горе.

— Давай сходим туда, коли так, — говорит хан.

Повел его Ерэнсэ, ведет то в гору, то с горы. Запыхался хан, жирный он был, хан-то. А Ерэнсэ идет и идет, — мол, не дошли еще, вот-вот дойдут. Совсем обессилел хан. Наконец, поднялись еще на одну гору, и Ерэнсэ сказал:

— Вот та самая гора.

Сели передохнуть. Хан дышит тяжело, весь в поту. Сидит, прислушивается, не зажужжит ли муха. И вдруг — бз-з-з... Опустилась муха ему на грудь.

— Ты сказал — мух тут нет, а вот она – муха!— кричит хан.

— Я сказал — где нет людей, там и мух нет, — отвечает Ерэнсэ. — А мы с тобой не люди — собаки, что ли?

Так Ерэнсэ, измаяв хана, опять взял верх. С тех пор хан больше уже не пытался перехитрить его.

 

 

Поделись с друзьями:

 

 

    Великолепная свадебная прическа для создания идеального свадебного образа в салоне красоты Витал