Нурхутдин


Давным-давно жили, говорят, старик со старухой. Был у них сын – Нурхутдин. Подрастал он, и стали родители думать, как бы его к учебе пристроить. И вот говорит как-то старик жене:

Готовь, старуха, провизии на месяц. Далеко повезу я нашего Нурхутдина учиться.

Приготовила старуха еды на месяц, и отправились отец с сыном в дорогу. Проводила их старуха, слезу пролила.

Идут они, идут. Через горы, леса, через реки прошли. Старик устал, присел на кочку и вздохнул:

– Уф!

И в тот же миг дэв из-под земли вырос.

– Ты зачем звал меня, старик?

– Я не звал тебя. Устал в дороге, присел отдохнуть на кочку.

– Ты же сказал: «Уф!» А это имя мое. Я и явился. Посмотрел дэв на мальчика и спрашивает:

– Куда же ты ведешь его?

– Веду его, чтобы учиться куда -ни будь пристроить.

– Оставляй при мне сына. Я его учить буду.

Согласился старик. И взял дэв старика с сыном с собой под землю. Три дня принимал их у себя в гостях. А когда провожал старика домой, сказал:

– Беру я сына твоего в учебу на три года. Через год приедешь проведать его. Если узнаешь сына» твоим <он останется, не узнаешь – моим будет.

Попрощался старик с сыном, домой отправился. Дэв ему в дорогу гостинцев дал. Дома старик поведал жене:

– Отдал я Нурхутдина в учебу дэву на три года. Через год поеду проведать его. Если узнаю – сын нашим останется, а не узнаю – дав себе заберет.

День прошел, месяц, год. Собрался старик сына проведывать. Старушка гостинцев наготовила, а сама плачет:

– Ты уж Нурхутдина нашего узнать постарайся! Отправился старик. Старый был – часто отдыхать

останавливался. И вот остановился однажды, а рядом птица опустилась, встрепенулась и Нурхутдином обернулась. Поздоровался сын с отцом и говорит:

– Ты меня узнать постарайся. Выгонит дэв на луг стаю гусей, ты внимательно смотри. Один гусь по земле - крыло волочить будет, знай: это я. На того гуся и укажи: это, мол, мой сын.

Сказал так Нурхутдин и снова в птицу обратился и улетел. Пошел старик дальше, устал. Присел на кочку отдохнуть:

– Уф-ф!

И сразу из-под земли дэв возник.

– Пришел, старик?

Сошли они под землю. Три дня дэв старика угощал, потом решил сына показать:

– Я сейчас своих учеников в гусей превращу и на луг выгоню. А ты узнай среди них своего сына. Узнаешь – твой, не узнаешь – мой будет.

Вышли па луг. А там двенадцать одинаковых гусей пасутся. Пригляделся старик– один гусь крыло волочит.

– Вот мой сын! – указал на того гуся старик и поймал его.

Отпусти, это не твой сын,– рассердился дэв и так плюнул на землю, что старик покачнулся от ветра. Но гуся не выпустил. Тогда примирился дэв с тем, что проиграл, и снова превратил гусей в учеников. Три дня гостил старик у дэва и его учеников. Домой вернулся довольный, что сына своего узнать сумел, и рассказывает жене:

– Узнал я нашего Нурхутдина, теперь ему два года осталось учиться. Два раза узнать его должен буду. Тогда не заберет его дэв себе. Старушка заплакала от радости.

Проходит день, месяц, год. Настало время проведать сына. Приготовила старуха гостинцев, и отправился старик к дэву. По дороге опять он птицу встретил, и та в Нурхутдина превратилась.

На этот раз сын предупредил, что дэв превратит своих учеников в голубей и один из них повернет голову вправо; на этого голубя и должен указать отец.

Встретил старика дэв, три дня угощал, на четвертый повел показывать своих учеников. Двенадцать голубей по поляне ходят, зерно клюют. Присмотрелся старик – у одного голубя голова вправо повернута.

– Вот мой сын! – и поймал того голубя. Рассердился дэв:

Это не твой сын, отпусти! – говорит. Да так сплюнул со зла, что старика ветром над землей приподняло. А старик не отпускает голубя. Ничего не поделаешь – приказал дэв, чтобы все голуби опять в учеников превратились. Они превратились– старик же все еще сына своего за руку держит. Три дня гостил старик у дэва. Потом распрощался со всеми, домой отправился. Дэв ему в дорогу гостинцев дал. Вернулся старик домой, рассказывает;

– Узнал опять я нашего Нурхутдина! Если через год снова узнаю, сын нашим останется.

Через год приходит время сына повидать. Наготовила старушка еду ни дорогу и говорит старику:

Ты уж постарайся Нурхутдина узнать! ~ А сама плачет.

Опять на дороге к дэву ему птица встретилась, встрепенулась и в Нурхутдина превратилась. Теперь в верблюдов превратить собирался дэв своих учеников, и у одного из них хвост будет криво висеть.

Идет старик, идет. Потом присел на кочку отдохнуть и вздохнул. Тут дэв поя в иле я, спустились к нем у под землю. Три дня принимал гостя хозяин, потом говорит:

Я учеников своих в верблюдов превращу. Найдешь среди них сына – твоим он останется, не найдешь – моим будет.

Вышли они на поляну. Там двенадцать верблюдов пасутся. Высмотрел старик верблюда, у которого хвост чуть-чуть криво висел, и указал на него:

– Вот мой сын! – и за шею схватился.

– Отпусти, это не твой сын! – рассердился дэв и так плюнул на землю, что старика ветром приподняло и на землю бросило. Но делать нечего, превратил дэв верблюдов снова в учеников. Нурхутдин рядом с отцом стоит. Еще три дня гулял старик в гостях, а потом забрал домой сына, который многим наукам чародейским у дэва обучился. Проводил их дэв и велел Нурхутдину: если захочет в животное превратиться, то чтобы ненадолго.

По пути Нурхутдин говорит отцу:

– Я сейчас в коня превращусь, а ты верхом садись.– Сказал так и в коня превратился.

Сел старик верхом на коня. Едут они, видят, дерево стоит, на дереве сорока стрекочет. Конь спрашивает по-человечески:

Знаешь, о чем эта сорока трещит?

– Нет, не знаю.

– Она говорит: тот, кто слову своему неверен, будет пить воду, в которой его сын руки мыл.

Добрались они до дома, ударил конь копытом о землю, превратился в молодца. Обняла его мать, от счастья расплакалась. Три дня сына угощала, как гостя дорогого.

Старики бедно жили, и решил Нурхутдин помочь им. Говорит он отцу:

В таком-то городе ярмарка будет скоро. Ты сани хорошие изготовь. А я в коня превращусь. Запряжешь – на ярмарку отправляйся. Продай меня купцам, а уздечку себе оставь, не продавай.

Смастерил старик хорошие сани, запряг коня и на ярмарку поехал. Быстро домчал его конь-красавец до города. На ярмарке окружили старика купцы: «Продай да продай коня». Слиток золота величиной с конскую голову взял за коня старик, а уздечку, как ни настаивалкупец, не продал. Сел купец в сани и укатил. Старик с золотом домой отправился, печальный такой. Идет он и оглянулся назад – а следом Нурхутдин бежит. Обрадовался старик. А Нурхутдин догнал отца, конем оборотился. Отца на себе верхом домой помчал.

Разбогатели теперь они. И вот долетел до них однажды слух, что в другом городе ярмарка собирается. Снова сделал старик хорошие сани и на ярмарку поехал.' Опять своего сына, обернувшегося конем, продал, слиток золота величиной с конскую голову получил за него. Домой идет, оглядывается: Нурхутдин догоняет. Догнал, конем оборотился. Вместе домой вернулись. Еще богаче стали жить.

Через некоторое время ярмарка в другом городе открывается. Сделал старик новые сани, поехал в город коня-оборотня продавать. Окружили его купцы, и каждый хочет заиметь такого коня. И выторговал-таки коня один купец вместе с уздечкой! А это был под видом купца тот самый дэв. Сел он верхом на коня и давай его кнутом стегать:

– Говорил я тебе, чтобы ты ненадолго в животное превращался? А ты?!

По всему городу под кнутом прогнал коня, вконец измучил. Потом привязал к воротам какого-то дома и во двор вошел. Стоит конь, морда за узду вверх вздернута. Проходили мимо люди, жалко им стало коня, перерезали натянутый повод, чтобы не мучился конь, а тот на их глазах в лисицу превратился и помчался вон из города. Вышел дэв – нет коня! Волком оборотился и в погоню пустился. Бежит вслед за лисицей, вот-вот настигнет. А та добежала до речки, прыгнула в воду и в окуня превратилась. Тогда волк щукой обернулся и следом бросился. Плывет за окунем, вот-вот догонит и схватит.

А в это время у самой воды на камне сидела ханская дочь, рукой с волнами играла.

Прыгнул окунь к ханской дочери, в воздухе кольцом обернулся, на пальце у девицы очутился. А щука в тот же миг в юношу превратилась.

Верни мое кольцо,– говорит егет девице.

Та не отдает. Поднялась и во дворец пошла. Егет за ней. Во дворце хану жалуется:

– Твоя дочь мое кольцо возвращать не хочет. Велел хан отдать кольцо. Сдернула она колечко с пальца и бросила на землю:

– Забирай свое кольцо!

А кольцо катилось-катилось да в просо рассыпалось,Тогда егет петухом стал и начал то просо клевать. Все просо склевал, а одно зерно под каблук ханской дочери замети лось.

-- Отдай зерно! – говорит петух. Девица не отдает. Схватила со стены саблю и разрубила зоб тому петуху. Из зоба Нурхутдин появился – жив и невредим! С ханом поздоровался и с ханской дочерью тоже. Три дня гостил у них. Хан ему в жены свою дочь отдал и полханства.

А отец Нурхутдина на дороге ждал, когда его сын нагонит, да так и не дождался: ведь коня-то он вместе с уздечкой продал. Вернулся домой один, рассказал старухе, как дело было. Запечалились старики, но надежду на возвращение сына не оставили.

Много времени прошло. Обедняли старик со старухой. Отправился старик с сумой по свету. И вот пришел однажды ко дворцу того самого ханства, где Нурхутдин правил. Накормила жена хана Нурхутдина бедного старика, угол для ночлега ему отвела. Тогда Нурхутднна дома не было. Он поздно ночью вернулся. Ночью слышит, кто-то воду пьет. Спросил у жены, кто это там воду пьет. Она о нищем старике рассказала, а старик из рукомойного таза воду пил. Нурхутдин вдруг вспомнил, о чем однажды сорока на дереве трещала. Вышел проверить и узнал отца. Одел его в новую хорошую одежду и три дня принимал его, как дорогого гостя. Потом отца и мать к себе во дворец взял.

И сейчас они живут, все живы-здоровы, говорят.

 

Поделись с друзьями: