Санай батыр


banner 13

В давние-давние времена жил вместе со своими родичами среди лесистых гор один старик по имени Ульмес-бей. Бессмертный батыр – вот что означало его имя. Справа от них были владения Тойгонбея-батыра, а слева жил со своим родом Таргынбей-батыр . Все они охотниками были.

И ваг как-то раз возвратился Ульмесбей-батыр с охоты – больной, бессильный. Ни слова сказать не может, ни вздохнуть. Собрались аксакалы на совет, думали, решали, ничего придумать не могли. Тогда позвали они самого мудрого аксакала. Тот и говорит:

– Говорил я ему: не ходи один на охоту, бери с собой сына, Кусун-батыра. Не послушался...

И стал он вместе с другими аксакалами гадать, что могло так сильно напугать Ульмесбея-батыра, что причиной его болезни могло быть. Бросил мудрец в кузовок с водой глины – она и позеленела в воде-то. Догадались тогда старики, что молния ударила в Ульмесбея-батыра, оттого он и заболел. А сын его, Кусун-батыр , и говорит

– Весь белый свет обойду, а найду лекарство для отца!

– Погоди, сынок,– говорит мудрец-аксакал.– Знаем мы, что силы в тебе достаточно, да только не забывай, что и Ульмесбей силой не обделен был, а вот, поди ж, другая сила его силу одолела.

И простер мудрец руки к Кусуну-батыр у и провел ладонями по телу его с головы до ног. И другие аксакалы сделали то же. А известно, что после этого батыр в огне не сгорит, в воде не утонет.

Отправился Кусун-батыр по свету искать снадобье для отца. Шел он, шел – глядит: молодой ельник раскинулся. Вошел в ельник, видит: нора волчья. А вокруг нее змеи шипят и двух волчат из норы волокут. Выхватил Кусун-батыр меч и стал змей рубить. Рубит он их, рубит, а каждая змеиная половинка снова в змею обращается и в ельник уползает. Только через три дня и три ночи расползлись все змеи. (Ну, а змеиный яд для Кусун-батыра, конечно, не страшен был!) Присел он отдохнуть, а тут волчица появляется: человеческий дух учуяла. Хотела она разорвать батыра, а волчата и говорят:

– Он нас от смерти спас, не трогай его! Спрашивает тогда волчица Кусун-батыра:

– За то, что спас детей моих, что желаешь ты?

– Ищу я по белу свету лекарство для отца,– отвечает Кусун-батыр .

– Найдешь ты это лекарство возле трех берез,– говорит волчица.– Туда ступай. Увидишь под березами трех девушек. Будут они ветви березы сплетать и к веткам тем птичьи когти привязывать: к одной ветке – коготь беркута, ко второй – стервятника коготь, к третьей – журавлиный. И на этих когтях о счастье гадать будут. Из первого когтя кумыс течь будет, из второго–паутина, из третьего– мед. Если, эти три снадобья смешав, напоишь отца, болезнь оставит его.

Отправился Кусун-батыр туда, куда волчица указала. И вправду, у трех берез три девушки сидят. Одна Тойгонбея-батыра дочь, вторая – Таргынбея-батыра, а третья – мудреца-аксакала дочь. Поставили они бурдюки в холодную воду, а сами сидят разговаривают. Вот дочь Тойгонбея-батыра сплела ветви березы, что полевую руку росла, коготь беркута привязала и говорит:

– Кабы стать мне невестой Кусун-батыра, приготовила б я тогда самый вкусный кумыс на свете и всех людей угощать стала.

И в это времй из когтя беркута кумыс полился, и просветлела девушка лицом.

Заплела вторая девушка березовые ветви, привязала коготь стервятника и говорит:

– Стать бы мне невестой Кусун-батыра – я б тогда на весь белый свет одежды нашила.

Только она сказала это, как из когтя стервятника на паутине паук спустился, и просветлело лицо девушки.

Заплела березовые ветви младшая из них, дочь аксакала-мудреца, привязала журавлиный коготь и говорит:

– Если б я стала невестой Кусун-батыра, я б родила ему сына, и был бы он сильней самого Кусун-батыра. И назвала б я его Санай-батыром.

Сказала она так, и из журавлиного когтя мед побежал. Засияло лицо девушки. Вышел тогда Кусун-батыр пред девушками и говорит:

– Ты моей старшей женой будешь.– И указал на дочь Тойгонбея.– Весь народ наш кумысом досыта напоишь.– А ты средней женой моей станешь, на весь белый свет одежды нашьешь,– указал он на дочь Таргын-бея.– Тебе же, красавица,– сказал Кусун-батыр самой юной, дочери мудреца-аксакала,– быть моей младшей женой. Роди мне сына, чтоб сильней меня был.

Вернулись они все вместе домой, напоили Ульмесбея-батыра снадобьем, вернулось к тому здоровье.

А сын его, Кусун-батыр , тех трех девушек в жены взял. Старшая кумыс готовит, средняя одежды шьет, а младшая – бременем отяжелена, Санай-батыра вынашивает. Невзлюбили ее старшие жены, злую зависть затаили. А когда та рожать собралась, старшая жена объявила, что за повитухой надо послать, а сама бабку-колдунью, что на их стойбище жила, вызвала. Средняя объявила, что за нянькой посылает, а сама злую ворожею привести велела.

Родился ребенок, а старухи и говорят:

– Давайте его щенком подменим и в лес отнесем. Так и сделали: вместо младенца щенка положили, а

Санай-батыра в лес отнесли.

– Младшая твоя жена,– сказали они Кусун-батыру,– щенка родила, не сдержала, стало быть, своего слова.

Что делать Кусун-батыру – запер он в клеть свою младшую жену: ведь перед людьми-то стыдно.

Ну, да оставим пока всех их, вернемся-ка к Санай-батыру.

В лесу, куда злые старухи младенца отнесли, жила с волчатами та самая волчица, с которой Кусун-батыр встретился. Услышала она плач и принесла ребенка в свое логово. И стал расти Санай-батыр на молоке волчицы-то! День пройдет, а он на год подрастает. Быстро вырос он в доброго егета, смастерил себе лук со стрелами и на охоту ходить стал.

И вот однажды вышел он к озеру, блестевшему, словно зеркало. А по озеру утка плавает. Прицелился было Санай-батыр , а утка и говорит человеческим голосом:

– Не стреляй, егет! Я ведь счастьем твоим обернусь, когда время придет.– Промолвила так и исчезла, пропала.

Расстроился Санай-батыр и говорит, вернувшись, волчице:

– Повстречал я свое счастье, да скрылось оно от меня. А волчица и отвечает:

– Не печалься, все ладно будет. Ступай-ка ты за семь гор высоких, там озеро найдешь и гнездо. Ступай, добывай свое счастье.

Собрался Санай-батыр и отправился за семь гор. Подходит к озеру, а утка та девушкой обернулась, на камне сидит, волосы расчесывает. Подкрался Санай-батыр , ухватил ее за волосы и говорит:

– Теперь-то ты не скроешься от меня, поймал я свое счастье.

– Что ж, я согласна, будь по-твоему,– отвечает та.

И стали они жить вдвоем на берегу того озера. Но загрустил однажды Санай-батыр : никого из людей не видит он, кровных родственников своих не знает. И вот идет он как-то, полон своей грусти, а навстречу волчица: – Что случилось, что голову повесил? Отвечает Санай-батыр :

– Родимую сторонку увидеть хочу, людей, стойбище с табунами...

– Быть посему,– отвечает волчица.

Подходит Санай-батыр к своей юрте, а там по поляне кони ходят и нет им числа, множество людей сидят, кумыс пьют, веселятся. Обрадовался Санай-батыр , и стали они жить все вместе.

И вот остановился на их стойбище однажды караван. Устали в долгой дороге караванщики, передохнуть решили. Сидят, о дальних странах рассказывают, кумыс пьют, мясо едят. И загрустил Санай-батыр . Отправился один в лес, а навстречу волчица:

– Что приключилось, Санай-батыр , отчего невесел?

– Хочу я, как другие люди, по земле странствовать, белый свет поглядеть хочу.

– Что ж, будь по-твоему. К юрте возвратишься, осой обернешься, вместе с караваном отправишься.– И дала ему волос.

Вернулся Санай-батыр , разорвал волос и осой обернулся. Взлетел, на верблюжье ухо опустился и затих. В пути остановился караван отдохнуть. А место это стойбищем Кусун-батыра было. В честь гостей приготовлено было угощенье, застолье собрано. Когда поели-попили, Кусун-батыр и спрашивает:

– Скажите-ка, гости дорогие, где были, что видели? Отвечают караванщики:

– В разных землях побывали мы, много богатств повидали, но такого табуна, как у батыр а, что в семи днях пути от вас живет, не встречали...

В это время злая ворожея подмигнула жене Кусун-батыра, та поняла и прервала рассказ гостя:

– Экое счастье – большой табун! А вот я слышала, есть где-то скатерть-самобранка, и любые яства по желанию на ней появляются. Вот счастье так счастье!

Вот ведь на какие слова подбила ворожея вредную бабу!

А оса, что в уголочке все это время тихонько сидела, взлетела, прямо в глаз ее ужалила и улетела. Закричало застолье, зашумело, все с мест повскакали, да уж поздно: ослепла на один глаз старшая жена.

Возвратился Санай-батыр на свое стойбище и в лес отправился. Навстречу – волчица:

– Ты чего грустный такой? Какая дума печалит тебя?

– Слышал я,– отвечает Санай-батыр ,– что есть где-то скатерть-самобранка и что любые яства на ней по желанию появляются. Мне бы такую скатерть иметь...

– Что ж, исполнится твое желание,– говорит волчица.

Дала она Санай-батыру два волоска и исчезла.

Вернулся на стойбище Санай-батыр , глядит, скатерть-самобранка, а на ней яства – какие душе угодно!

Время прошло – тот караван снова на отдых у Санай-батыра остановился. Увидали они скатерть-самобранку, диву дались: экое богатство! И начался тут пир!..

На другой день отправились караванщики в путь-дорогу, а Санай-батыр при помощи волосков снова в осу превратился, догнал караван и на ухо верблюду опустился.

И снова остановились на отдых караванщики у Кусун-батыра. Поели-попили, хозяин и спрашивает:

– А скажите-ка, почтенные, что повидали вы на пути? Старший караванщик стал рассказывать:

– Остановились мы в дороге однажды на отдых в одном стойбище и диво-дивное увидели там. Есть там скатерть-самобранка, а на ней любые яства по желанию появляются, и множество народу та скатерть кормит...

Но тут злая ворожея средней жене подмигнула. Тогда та и говорит:

– Экое диво! А вот есть на свете, говорят, зипун, который сам по себе летает. Наденешь его – и лети куда хочешь.

Только она это проговорила, оса взлетела и ужалила среднюю жену прямо в глаз. Та и окривела.

А Санай-батыр вернулся домой, взял лук и стрелы и в лес отправился. А волчица будто ждала его уже:

– Что случилось?– спрашивает.– Чего загрустил?

– Эх,– отвечает Санай-батыр ,– мне бы зипун летающий...

– Ступай домой, будет по-твоему,– говорит волчица и дает ему три волоска и зеркало.

Вернулся Санай-батыр , смотрит: люди его стойбища верхом на зипуне летают. Спрятал Санай-батыр зеркальце и те три волоска, что волчица дала, и приказал пир устроить. А в это время снова тот караван подъехал, отдохнуть остановился. Санай-батыр всех гостей при помощи летающего зипуна прямо к юрте доставил. Изумлен был таким чудом старший караваншик. На прощанье узнали караванщики, что хозяина Санай-батыр ом зовут, и дальше в путь отправились.

Уехали караванщики, затихло гуляние, тогда разорвал Санай-батыр три волоска, и предстал пред ним тулпар, красавец-конь. Вскочил он на коня, опоясался оружием и зеркальце достал, чтоб поглядеться. А в зеркале-то не Санай-батыр ; все, что раньше происходило, показывает зеркало: и как родился Санай-батыр , и как мать его в клеть закрыли» и как младенца в лес отнесли. Сунул он зеркальце в карман – и стали невидимыми всадник с конем.

Тогда Санай-батыр , недолго думая, отправился на отцовское стойбище, отпустил коня, а сам среди гостей притаился. И только начал было тот старший караванщик свой рассказ, Санай-батыр вышел вперед и зеркальце из кармана достал. Глянули люди в зеркальце и очень удивились. Да и как не удивиться, если увидели они времена давно умершего Ульмесбея-батыра и все, что потом было до сего дня!

А когда показало зеркальце, как младенца щенком подменили, поднял Санай-батыр свою камчу, чтобы с ворожеей посчитаться, глядь: а ее и след простыл. Знала, видать, наперед старуха, как дело обернется, вот и сбежала.

– А где же моя мать?– спросил тогда у отца Санай-батыр . Только он это сказал, приводят мать из той самой клети, где она томилась. Пал Кусун-батыр на колени перед женой, а она и говорит:

– Сынок мой, Санай-батыр ! Ах, как грудь болит, ведь ни разу не кормила я тебя своим молоком.

Вкусил Санай-батыр материнского молока, она и исцелилась. А потом и говорит Кусун-батыру:

– Пусть старшая и средняя жены твои в собак превратятся, а повитуха пусть камнем станет.

Сказала так, так и обернулось все.

И начался тут пир, веселье. Да только забыл Санай-батыр пригласить на праздник волчицу с волчатами. А потому забыл, что злая старуха перед тем как в камень превратиться, лишила Санай-батыра памяти. С тех пор и невзлюбило волчье племя людей. Кусун-батыр со своей женой до самой старости дожили. Санай-батыр хорошим охотником стал. Славно живут. Вчера только в гостях у них был, мед-пиво пил.

 

 

Поделись с друзьями: