Майсарвар


Давным-давно это было, дружили между собой крот и серая ворона. Решила ворона хлеб сеять. Не найдя семян, отправилась к кроту. Она вспахала землю, засеяла ее пшеницей, одолженной у крота. Сеет и думает: мне достанутся вершки, а кроту корешки, он ведь все равно корнями растений питается.

Пшеница поспела. Оба принялись делить урожай. Ворона требует колоски себе, а крот – себе. Вспыхнула ссора, дружба разладилась. На помощь кроту собрались все животные и дикие звери. За серую ворону вступились птицы со всего белого света. Между четвероногими и птицами началась великая война. Прилетела защищать ворону и огромная птица Самригуш. Очень долго длилась война, над землей пыль вздымалась черными тучами. Увидя эти тучи, пришел человек узнать, что здесь творится. В это время пыль немного осела. Птицы и звери лежат на земле, иссякли у них последние силы. Даже Самригуш не может подняться от измождения и усталости. Говорит Самригуш:

– Очень устала я, утомилась. Возьми меня к себе. Человек согласился. Принес Самригуш домой, начал выхаживать. Один год кормил – всех кур и овец скормил. А у него были два брата. Приходят они и ругают его:

– Почему ты принес эту прожорливую птицу? Она всю твою скотину съест, по миру пустит.

Жена тоже бранила его. Человек взял ружье и сказал птице:

– Меня сильно ругают, говорят, ты всю скотину у меня съешь. Застрелю-ка я тебя.

Самригуш взмолилась:

– Ты содержал меня целый год, потерпи как-нибудь еще два года.

Человек пожалел ее, не стал стрелять. Еще один год минул, не осталось в хозяйстве ни коров, ни лошадей – все птице скормил. Жена пуще прежнего бранится. Человек взял ружье, решил-таки застрелить Самригуш. Только прицелился, а птица молвит:

– Два года терпел, уж потерпи еще один, последний.

Опять пожалел ее человек.

До истечения трех лет всего один день остался. У человека все закрома пусты, нечем кормить птицу. Он опять за ружье взялся, а птица умоляет:

– Один день остался до истечения трех лет, потерпи еще чуточку.

Не стал он стрелять. Сам остался голодным, а последний кусок хлеба отдал птице. И вот на другой день исполнилось ровно три года. У егета в доме ничегошеньки нет кроме голых стен. Птица говорит ему:

– Спасибо, человек. Три года ты дал мне отдохнуть, исцелил от недугов. Теперь лети со мной.– Посадила его между крыльев и полетела. Немного погодя просит:

– Закрой глаза. Пролетели сколько-то времени.

– Открой глаза! – велит Самригуш.

Открыл он глаза, видит – внизу лес горит, пламя страшного пожара бушует. Птица сбросила с себя человека. Он камнем полетел вниз, но над кромкой пламени успела Самригуш подхватить его на крыло.

– Страшно было?

– Страшно,– признался человек.

– Когда минул первый год, я натерпелась такого же страха,–сказала птица.–Закрой глаза.

Человек закрыл глаза, птица полетела дальше. Некоторое время спустя она приказывает: – Открой глаза!

Тот открыл глаза, глянул вниз, а там лес расстилается, полный кровожадных хищников и ядовитых змей. Птица кинула его будто им на растерзание, но над самой землей подхватила на крыло.

– Страшно было?

– Страшно.

Когда исполнилось два года, я тоже испытала такой страх. Закрой глаза.

Полетела она дальше, над безбрежным морем. Велит:

– Открой глаза!

Открыл егет глаза, ужаснулся, вндя бушующую внизу пучину. Птица тогда скинула его вниз. Не успел, человек коснуться бешено вздымающихся волн, как она снова подхватила его на крыло.

– Страшно было?

– Страшно.

– На исходе третьего года я пережила такой же страх,– сказала Самригуш. Велев ему закрыть глаза, она полетела дальше и опустилась пеоед большим домом.

– Когда войдешь,– предупредила Самригуш,– увидишь старуху. Станет она предлагать тебе деньги, драгоценности. Ты ничего не бери. Там среди вещей будет медная уздечка, ее и попроси. Предложит она тебе прекрасные новые сабли, а ты возьми старенькую, ржавую. И еще попроси у нее палас

Входит человек к старухе, отказывается от всего, что она предлагает, просит у нее лишь медную уздечку, старую саблю и палас. Старуха говорит;

– Должно быть, ты усердно ухаживал за моей дочерью Самригуш, и она тебя научила, иначе не стал бы просить все это.

Человек забрал уздечку, ржавую саблю, палас. Старуха поучает:

– Ты звякни медной уздечкой, предстанет перед тобой захудалый коняга. Не обращай внимания на то, что с виду он никудышный, брось ему на спину свернутый палас вместо седла и садись на него. Конь умчит тебя куда надо. Не открывай глаза, покуда он сам не остановится. Палас не разворачивай, расстелишь его по приезде.

Человек вышел, звякнул уздечкой. Подошел к нему невзрачный, хилый конь, едва ногами перебирает. Дохлая кляча, а не конь. Тем не менее он, как научила старуха, сел верхом, закрыл глаза. И полетели они, ай, полетели!

Не вытерпел человек, прежде времени открыл глаза. Видит – недалеко до родного аула осталось. Но стоило ему открыть глаза, как конь резко остановился, седок слетел на землю. Погоди-ка, думает он, попробую расстелить палас. Расстелил его, а на паласе полным-полно еды и питья, всяких изысканных кушаний, какие и во сне не приснятся. Утолил он голод и жажду, хотел свернуть палас, но не может. И конь стоит рядом, как вкопанный, .никаким понуканием не сдвинуть его с места. Стоит человек в растерянности, не знает что делать. Откуда ни возьмись, рядом появился старик. Интересуется:

– Что тут делаешь, сынок? Он сказал:

– Конь не слушается. И палас свернуть не могу. Старик предложил свои услуги:

– Помогу тебе, если отдашь то, что попрошу. Согласен?

– Согласен.

Тот легко свернул палас, положил на коня.

– Имеется в твоем доме то, о чем ты не знаешь. Это и отдашь мне,– сказал старик.

– Ладно!

Сел на коня и отправился дальше. Вернулся домой, а навстречу выбегает мальчик обнимает его. Удивился он. Жена объяснила:

– После твоего отъезда я осталась беременной, вот теперь у нас сынок подрастает.

Опечалился муж: «Старик, наверное, хочет отобрать у меня сына!»

Звякнул он медной уздечкой, тотчас конь предстал перед ним. Вырвал у него один волос из хвоста, вытянул в длину, пожелав, чтобы рядом с его избой-развалюхой вырос большой богатый дом. В том доме расстелил палас-самобранку, появились на нем всевозможные яства. Муж послал жену за братьями:

– Иди, позови, пускай в гости придут, очень соскучился по ним.

Когда братья пришлет, он сказал:

– Вы смеялись надо мной, когда я ухаживал за Самригушем, а мне за это счастье привалило.

Когда они сели пировать, пришёл тот самый старик, повстречавшийся в пути,

– Готов ли ты выполнить обещание? Если да, я хочу получить обещанное.

Пришлось выполнять данное слово, отдал человек сына старику.

Старик велит этому молодцу:

– Закрой глаза.

Тот послушался, а немного погодя старик сказал:

– Открой глаза.

Оглянулся тот по сторонам, видит – старик в лес его привел, а на дороге лежит павшая лошадь. Старик вспорол ей брюхо, выбросил требуху, приказал:

– Залезай туда.

Молодец забрался в брюхо лошади, старик зашил его и ушел. Из лесной чащи тогда выпрыгнул огромный зверь» схватил лошадь и унес к реке. Поедая мясо, он когтями разорвал шкуру; Когда насытившийся зверь удалился, юноша выбрался наружу. Умываясь в реке, он увидел летящих сюда двенадцать лебедей. Они, хлопая крыльями, опустились в камыши. Егет потихоньку подкрался туда. Лебеди скинули крылья, превратились в девушек. Одиннадцать из них сложили крылья в одном месте, а двенадцатая чуть поодаль. Потом девушки начали купаться. Незамеченный, он подобрал те крылья, что лежали отдельно, и спрятал в камышах. Двенадцать девушек вышли из воды. Одиннадцать из них надели свои крылья и улетели, а двенадцатая осталась. Юноша взял крылья, подошел к ней. Она говорит:

– Все одиннадцать мои родные сестры, я самая младшая среди них.

Решили они лететь вместе. Сел молодец между ее крыльями, полетели они. Перелетели через синее море, а на том берегу стояла небольшая лачуга. Опустились рядом с ней.

– Егет, тебе предстоят большие испытания, но я помогу тебе,– сказала лебедь и улетела.

Молодец расположился отдыхать в лачуге. Входит к нему старуха, спрашивает:

– Ну, егет, каким образом попал сюда, кто доставил?

– Я сам добрался,– ответил он,

– Коли сам добрался,– говорит старуха,– вот тебе сто десятин леса, ты должен вырубить его, раскорчевать пни, вспахать землю, засеять пшеницей. Потом соберешь урожай, обмолотишь, перемелешь в муку, испечешь хлеб и позовешь меня кушать. Если не сделаешь все это за одну ночь – голова твоя с плеч долой.

Ушла она, егет в лачуге остался. Тогда прилетела девушка, которая доставила его сюда, звали ее Майсарвар. Спрашивает она:

– Что поручила тебе старуха?

Егет рассказал и пригорюнился.

– Не печалься,– успокаивает его Майсарвар.– Все будет сделано. Ложись и спи спокойно.– Сказала так и ушла.

Утром ни свет ни заря примчалась старуха. Спрашивает:

– Сделал, что я велела?

– Сделал. Вон он, хлеб, кушай.

– Ай-хай, неужто сам управился?

– Сам.

– Тогда еще одно дело тебе поручаю. Видишь соломинку длиною с палец? Один ее конец я запалю спичкой. Покуда соломинка будет гореть, ты одною рукой должен сшить мне сапоги. Не справишься – голова с плеч долой. Я сама буду присутствовать при твоей работе.

Зажгла, она спичку, запалила соломинку, сама в оба глаза смотрит. Пока соломинка горела, егет сам удив* ляясь своему проворству, одною рукою сшил ей сапоги. Старуха говорит:

– Ладно, и это ты сделал. Но вот тебе еще одна задача. Завтра приходи ко мне, оседлай любого коня, который по душе придется. Есть у меня там врытый в землю медный столб. Взнуздав коня, ты должен проехать, на нем и, сделав круг, привязать коня к тому столбу. Не сделаешь – голова с плеч долой.

Старуха ушла. Закручинился егет. Тут подоспела Майсарвар.

– Что еще тебе мать моя поручила? Юноша рассказал. Девушка успокоила его:

– Дело очень трудное, но я тебе помогу. На том столбе будет много уздечек. Из них ты выбери медную. На, возьми мою камчу, никому ее не показывай. Как только приблизишься к коню с медной уздечкой, он станет яростно сопротивляться. Ты не бойся. Станешь надевать уздечку – три раза ударь камчой между ушей. И садись на него, когда уши поникнут. Вскочив в седло, с силой ударь камчой один раз по правому боку, два раза по левому. Но больше не бей. Конь тебе подчинится.Проскачешь четыре круга, затем привяжешь коня к столбу.

Утром пошел юноша в старухин амбар. Конь бесится, не дает надеть уздечку. Но юноша не испытывал страха. Трижды ударил камчой между ушей. Как только уши поникли, он надел уздечку и вскочил на коня. Затем сильно хлестнул по ребрам справа, затем два раза слева. Конь всю ярость свою утратил, сделался послушным. Егет пустил его вскачь, объехал четыре раза вокруг столба. Привязав коня к медному столбу, отправился в дом старухи. А та, оказывается, заболела, стонет, лежа на печи.

– Что, бабушка, занемогла? – спрашивает молодец.

– Да, нездоровится,– отвечает старуха.

– Что у тебя болит?

– Голова.

– Может быть, и уши болят?

– Да, и уши тоже,– сказала старуха.– Теперь выполни последнее задание. Есть у меня двенадцать дочерей, все они очень похожи друг на дружку, и среди них ты должен отыскать самую младшую. Найдешь – отдам ее за тебя.

– Ладно!

Вернулся егет в лачугу и лег отдыхать. Тем временем появилась Майсарвар, интересуется:

– Какую еще задачу задала тебе моя мать?

– Велела среди двенадцати дочерей отыскать самую младшую, мол, за меня ее отдадут,– ответил егет.

Майсарвар покачала головой:

– Ты сначала никого среди нас отличить не сможешь, мы все будем на одно лицо и в одинаковой одежде. Все двенадцать станем писать, и почерк у всех нас будет одинаковый. Меня ты сможешь опознать так: одну букву напишу красными чернилами.

Сели все двенадцать девушек за письмо, мать ходит и проверяет, как они пишут, нет ли в их почерке и словах какого-нибудь отличия. Пришел юноша. А Майсарвар, после проверки матери, одну букву вывела красными чернилами. Пошел он от одной девушки к другой, внимательно вглядываясь в написанное ими. Остановился возле одной, видит красную букву и говорит старухе:

– Вот твоя младшая дочь.

– Я сильна, а ты еще сильней меня оказался,– удивилась она.– Что ж, отдаю Майсарвар за тебя.

Женился егет на Майсарвар: Она дала ему сорок один ключ.

– Вот, сорок комнат этими ключами можешь открыть, а сорок первую не открывай. Пока ты слушался меня, достиг всего, чего желал, и в дальнейшем слушай' ся, не открывай сорок первую комнату. А пока я должна отлучиться со своими сестрами.

Превратились они в лебедей и улетели. Егет начал открывать комнаты. В одной полно еды и питья, в другой висят наряды один краше другого, третья деньгами набита. Открыл он все сорок комнат, добрался до сорок первой. Решил: «Постой, теперь ведь я здесь хозяин, имею право посмотреть, что там находится». Открыл он сорок первую комнату, видит в ней закованного в цепи великана. Спросил в изумлении:

– Почему тебя тут заперли?

А тот великан истомился от голода и жажды, исхудал, одна кожа да кости остались. Произнес еле слышно:

– Я тоже был, как и ты. цветущим юношей. Дай выпить ковш воды, и я обо всем расскажу тебе.– По обе стороны от него стоят две кадки с водой, но цепи не позволяют ему дотянуться до них.– Дай сначала из кадки справа, иначе говорить нет сил.

Егет напоил узника. Тот встрепенулся.

– Ну, рассказывай, мне не терпится узнать.

– Дай-ка мне еще один ковш воды, из той же кадки, потом расскажу.

Дал ему егет еще ковш воды. Великан стал преображаться, молодея и наливаясь силой. Попросил:

– Напои меня третий раз.

Егет выполнил просьбу. Выпив третий ковш, узник легко порвал сковывающие его цепи, вскочил на ноги.

– Вот что я тебе скажу. Сейчас я обрел свой прежний вид. Как видишь, стал и сильным. Старуха, когда я сватался к Майсарвар, поручала мне множество дел, но я не справился с трудными заданиями. Тогда она заточила меня в эту тюрьму. Майсарвар все равно будет моя, а ты уходи отсюда прочь.

Егет, взявший в жены Майсарвар, выбежал из дома и стал поджидать у моря ее возвращения. Когда она вернулась, он рассказал о случившемся. Майсарвар произнесла с упреком:

Я ведь тебя предупреждала. Во всем ты меня слушался, а ослушание привело к беде. Нам нельзя терять времени, достань медную уздечку.

Егет живо достал медную уздечку, тряхнул ею. Предстал перед ними резвый конь. Они с Майсарвар вместе сели на него и умчались отсюда. А тот великан кинулся за ними вдогонку. Догнал.

– Убил бы тебя, но за то, что дал мне ковш воды, оставлю в живых,– сказал он егету, а Майсарвар забрал.

Вынуждена была теперь Майсарвар жить с освободившимся от цепей узником. Но не любила его, во всем проявляла непокорство. Улучив момент, убежала она из- дома с возлюбленным егетом еще раз. В погоню за Майсарвар отправились ее одиннадцать сестер. Оглядывается Майсарвар – вот-вот догонят. Тогда превратила она себя в стог сена, а егета в плетень, огораживающий этот стог. Сестры вернулись ни с чем. А мать с тем великаном спрашивают у них:

– Что вы видели?

– Ничего, кроме одного стога сена, огороженного плетнем,– ответили девушки.

– Скорее летите туда, я сам вместе с вами отправлюсь,– сказал великан.– Ведь это были они!

Добрались до того места, а там нет ни стога, ни плетня. С приближением погони Майсарвар превратила мужа в свинопаса, а сама превратилась в свинью. Бывший узник, не найдя беглецов, вернулся обратно. Старуха спрашивает у него:

– Что видел в поле?

– Ничего, кроме свинопаса и одной свиньи.

– Я сама отправлюсь за ними,– сказала старуха. Помчалась и вскоре увидела на дороге свинью и

свинопаса. Забрала их, вернулась обратно. Свинью превратила в Майсарвар, свинопаса – в ее мужа. А тот великан говорит ему:

– Уходи прочь. Убил бы я тебя, но за те три ковша воды дарю жизнь.

Егет снова оказался разлученным с Майсарвар. Много времени прошло, много дорог он исходил. Добрался до одного леса, увидел одинокую избушку. Зашел, а там дряхлая старуха сидит.

– Куда путь держишь, сынок? – спрашивает.– Какими судьбами очутился здесь?

А егет обносился, изголодался. Отвечает:

– Я работу ищу, бабушка.

Старуха покормила его, оставила ночевать. Наутро юноша собрался в дальнейший путь:

Большое спасибо, бабушка,– желаю тебе здоровья.

– Погоди-ка, сынок,– откликнулась старуха.– Дам я тебе в дорогу немножко еды. Она тебе очень пригодится.

Завернула в тряпицу хлеб, дала банку меда, несколько сушеных рыб.

Чем дальше, тем дремучей становился лес. Вдруг из темной густой чащобы в великом множестве вышли медведи, хотят съесть молодца. Окружили его со всех сторон. Он достал из кармана нож, нарезал тонкими ломтиками хлеб, помазал их медом и принялся раздавать медведям. Полакомились косолапые и говорят:

– Ступай дальше, егет, когда-нибудь и мы тебе пригодимся.

Идет юноша по лесу, вдруг роем налетели на него злые осы. Он достал из банки оставшийся мед, смазал им лицо. Осы съели размазанный на его лице мед и, не причинив вреда, улетели прочь. Перед тем, как улететь, сказали:

– Мы когда-нибудь тебе пригодимся.

Прошел юноша еще немного, а из-под деревьев выползают в великом множестве змеи, намереваясь жалить и душить его. Юноша бросил им рыбу, тем и спасся от гадов ползучих. Сказали они ему:

– В будущем мы тебе пригодимся.

Вышел юноша к лесной поляне, увидел дом и около него конюшни. Вошел он в дом, там сидит старуха.

– Что тебе надобно? – спрашивает она.

– Работу ищу.

– Вот и хорошо, мне требуется пастух,– обрадовалась старуха.– Есть у меня сорок кобыл, будешь их пасти. Если хоть одна потеряется – голова с плеч долой.

Повел еге? лошадей пастись в лес. Они разбежались там в разные стороны. Пришло время возвращаться обратно, а он ни одной кобылы не может найти. Сел, пригорюнился, и тут все сорок лошадей вышли к нему. Отвел он их домой, запер в большом сарае. Вышла старуха, пересчитала их.

– Что ж, егет, привел табун в целости и сохранности.

Старуха ночью вышла из дома и принялась бить кобыл. Это были не настоящие кобылы, а заколдованные дочери старухи. Вот она колотит старшую дочь, юноша потихоньку подслушивает.

– Что я вам наказывала? Почему не попрятались? Старшая дочь отвечает:

– Мы все разбежались в разные стороны, попрятались в лесу» однако медведи нас напугали, погнали к пастуху.

На другой день егет снова отправился пасти кобылиц. Отпустил их. Они опять разбежались, попрятались так, что он не может найти их. Идет он по лесу, горюет. Нежданно-негаданно лошади вдруг сами выбегают к нему ошалелые, жмутся поближе. Повел он их обратно домой, запер в сарае. Ночью старуха снова принялась бить старшую дочь, приговаривая:

– Почему не спрятались, как велела? Старшая дочь оправдывается:

– Мы спрятались, да только налетели на нас злые осы, стали жалить нещадно. Не вытерпели мы, вынуждены были бежать к пастуху.

На третий день старуха сказала егету:

– Сегодня в последний раз будешь нх пасти, не растеряй лошадей. Иначе голова с плеч долой.

Повел юноша табун. Лошади на этот раз не стали прятаться в лесу, побежали к реке и нырнули в воду. Ходил юноша возле реки до самого вечера, ожидая, когда они вынырнут, а их все нет. Егет уже мысленно прощался с жизнью, когда змеи, обвиваясь вокруг шей кобылиц и душа их, заставили табун выйти на берег и собраться около пастуха. Он пригнал их домой и запер в конюшне. Старуха пересчитала – все на месте. Ночью принялась бить их, начав со старшей дочери. А юноша спрятался в сторонке, подслушивает. Старуха бьет кобылиц, приговаривая:

– Почему не спрятались, бездельницы?

– Мы в воду нырнули,– отвечает старшая дочь,– но змеи стали жалить и душить нас. Не могли терпеть этого, вынуждены были вынырнуть.

За работу расплачиваться надо. Утром старуха предлагает пастуху:

– Иди в сарай, седлай любую из лошадей.

– Мне таких лошадей не надо,– ответил он.– Дай мне медную уздечку, старую саблю и вон тот палас.

Старуха повела егета в одну из комнат, там висела большая блестящая сабля.

– Бери ее.

– Мне новую не надо,– стоял на своем егет.– Сойдет и старая.

Взял он ржавую саблю, медную уздечку и палас. Вышел на улицу, звякнул уздечкой – предстал перед ним конь. Вместо седла егет постелил палас, сел на коня, и тот помчался, словно на крыльях. А путь егет держал в тот город, где жила Майсарвар. Ее новый муж-великан почувствовал неладное:

– Ах, у меня не хватит сил с ним бороться!

Как только егет появился, началась между ними борьба. Великан теперь не смог победить. Егет забрал Майсарвар, усадил ее ив коня и увез к себе, В погоню за ними бросились мать Майсарвар и тот великан. Вот-вот настигнут беглецов. Майсарвар и ее возлюбленный, превратясь в рыбок, нырнули в воду. Следом за ними нырнули старуха и великан. Майсарвар с егетом, обретя человеческий облик, обратились к женщине, которая сидела на берегу и мыла в сите крупу.

– Не бойся нас, женщина,– сказала Майсарвар.– Возьми из сита две горсточки крупы и наступи на них ногой.

Женщина послушалась ее. Майсарвар превратилась в курицу, а ер суженый в петуха. Тем временем старуха и великан, вынырнув из воды, превратились в крупу и плюхнулись в сито. Петух с курицей моментально склевали всю крупу, потом снова превратились в людей. Радуясь, что избавились от опасности, поднялись на берег. Потом поплыли по реке. Впереди егет увидел свой аул, ведь река эта протекала через этот аул. Майсарвар сказала:

– Погоди-ка, вдвоем нам идти не следует. Пока ты один покажись отцу.

Юноша отправился домой. Его отец все эти долгие годы, благодаря птице Самригуш, жил в довольстве и богатстве. Обрадовался он: сын вернулся!

– Я женился, отец,– сказал егет.

– Где же моя сноха? – спросил отец.– Я хочу видеть ее.

– Мы не решились прийти вдвоем. Твоя сноха осталась ждать у ворот в аул.

– Скорее беги туда и веди жену.

Отправился юноша на околицу аула к воротам и что видит: превратилась его красавица Майсарвар в безобразную дряхлую старуху. Оторопел он:

– Ты ли это, Майсарвар? Что случилось?

– Если согласен взять меня такую, веди в дом,– ответила Майсарвар.– Я теперь состарилась, прежних сил у меня нет.

Юноша молча отвернулся и пошел обратно один, не взяв Майсарвар, оставив ее стоять у ворот.

– Где жена? – спросил отец, когда он вернулся.

– Нет у меня теперь жены. Ее теперь людям показывать стыдно, в старуху она превратилась,– ответил сын.

– Ладно, мы тебе выберем в жены самую лучшую девушку,– утешил его отец.

Майсарвар попросилась на квартиру в один из домов, что стоял в середине аула, и там начала жить.

Отец сосватал сыну дочь одного бая. Егет запряг пару лошадей, отправился за невестой. Когда он ехал, Майсарвар превратила его в обезьяну. Родные и близкие той девушки даже на порог его не пустили:

– Позор, не выдадим нашу дочь за обезьяну! Накинулись на него с кулаками, готовые убить, как вдруг объявился поблизости молоденький паренек, вырвал обезьяну из рук разъяренных братьев невесты, усадил в повозку н доставил обратно домой. Тогда Майсарвар возвратила мужу прежний облик.

– Почему вернулся с пустыми руками? – удивился отец.

– Все это проделки Майсарвар,– ответил сын. Она превратила меня в обезьяну, из-за этого я подвергся побоям. К счастью, один паренек вступился, спас, иначе бы меня убили. Все это Майсарвар подстроила. Ее знания сильнее моих. Надо бы скорее разыскать ее, с ней буду жить.

Пока они разговаривали, появился тот паренек.

– Отец, вот кто спас меня!

– Иди сюда, сынок,– обратился к пареньку отец,– Дай-ка обниму тебя за спасение сына, расцелую.

А паренек незаметно превратился в Майсарвар. Увидев ее, егет воскликнул:

– Отец, перестань целоваться, это ж твоя сноха!

После того зажили они вместе и до сих пор живут счастливо.

 

Поделись с друзьями: